Написать письмо

Лебедева Нина Григорьевна
20 мая 2014 года

Не полученная награда.

         Родился Дмитрий Иванович Минкин 30 октября 1914 г. в селе Игнатовка Людиновского района Калужской области. В Красную Армию призван был Людиновским РВК 1 января 1941 г. Воевал с самого первого дня Великой Отечественной войны командиром взвода 319-го горнострелкового полка 44-й горнострелковой Краснознаменной Киевской дивизии 12-й армии Юго-Западного фронта. А 23 июля 1941 г. во время боя под украинским городком Липовец попал в плен. В плену он был помещен в лагерь военнопленных, находившийся в городе Винница. Но 20 августа 1941 г. сумел бежать. Пытался пробраться к своим, но к тому времени линии фронта уже находилась на левом берегу Днепра. Не удалось…
         Приютила его крестьянка из села Шимановка Теплицкого района Винницкой области - Низенкова Василина. Чтобы выжить, устроился на работу в местный колхоз. А 5 июля 1942 г. его загнали в товарный вагон и повезли в Германию, где он попал работать в хозяйство бауэра, которое находилось д. Клейнахов под городом Крайслау.
         Освободили Дмитрия Ивановича Минкина только 10 мая 1945 г. Фильтрационную проверку проходил он в лагере № 271 в г. Глатц откуда 26 июня 1945 г. попал он в 904-й стрелковый полк {1}.
         Умер Дмитрий Иванович в 1997 г.

         Но все эти факты биографии Дмитрия Ивановича Минкина не могут рассказать нам о нем, как о Человеке, о Муже, об Отце, вырастившем троих детей, о Ветеране, который, на первый взгляд, так мало побывал в боях, о том какой он был, и что ему пришлось пережить.
         Это мой дед! Дедушка, как привыкли мы его называть. Самый справедливый и уважаемый человек, к которому вся семья шла за советом и за помощью в трудную минуту. Но он был и самый строгий, самый требовательный отец и дед.

         Я помню, с какой радостью и желанием собирались все мы на главные наши семейные праздники - день рождение дедушки, день рождение бабушки и День Победы.
         Моя мама - его средняя дочь Антонина - рассказывала, что в детстве и юности она думала, что у неё САМЫЕ ЛУЧШИЕ РОДИТЕЛИ. У других, родители как родители, а у неё - САМЫЕ-САМЫЕ! И вступив во взрослую жизнь, она с удивлением узнала, что, оказывается, бывают и пьющие мужчины, что люди и курят, и ругаются, да и другие негативные жизненные явления.
         А мы, внуки, играя в детстве в "войнушку" игрушечными пистолетиками, на всю жизнь запомнили дедушкин наказ: "НИКОГДА НЕ НАПРАВЛЯЙ ОРУЖИЕ НА ЧЕЛОВЕКА!!!" Помним и другие жизненные установки и наказы, которые он передал своим детям - сыну Владимиру и дочерям Антонине и Нине, и которые красной нитью прошли через жизнь нашей семьи: главное - ЧЕСТНОСТЬ и СПРАВЕДЛИВОСТЬ.
         О том, как дедушка воевал, он нам никогда не рассказывал. И бабушка не рассказывала. Может, что родители и знали, но, наверное, немногое. И только уже в 1994, или 1995 году младшая дочь Нина, уговорила деда рассказать о войне, чтобы внук смог выполнить школьное задание.
         Подлинника рукописи с записью рассказа Дмитрия Ивановича Минкина о войне, к сожалению, не сохранилось. Осталось только, то самое сочинение с пересказом его истории, переписанное со школьной тетрадки для выставки ко Дню Победы. И здесь я хочу рассказать то, что когда-то поведал наш дедушка - лейтенант из 41-го года - Минкин Дмитрий Иванович:

         "1 января 1940 г. по частичной мобилизации я прибыл в военную часть, Курскую дивизию, которая готовилась для отправки на Финский фронт.
         20 марта 1940 г. меня направили в запасной 500-й стрелковый полк в г. Бобров. По дороге я услышал, что война в Финляндии закончилась. В запасном полку я прослужил до апреля 1941 г.
         В апреле сформировался 319-й горнострелковый полк и нас эшелонами отправили на западную границу. Я служил в 3 батальоне, 3 роте, в 4 пулеметном взводе командиром
{2}.
         Нас привезли в г.Долина, который находился в 30 км. от границы. Выгрузились из эшелонов, командование полка пошло проверять казармы, где нам предстояло разместиться. Они были готовы, но внутри не оборудованы - отсутствовали нары, где должны были спать военные. Командир полка решает: "Будем располагаться летним лагерем". Строем пошли на окраину города, где текла маленькая речушка, шириной в пять метров. Перешли эту речку: справа - поляна, слева - лес. Здесь мы и расположились. {3} В лесу разбили палаточный городок, на поляне поставили кухню и сорокопятки [45-мм противотанковые орудия,- прим. ред.]. Так началась наша учеба, которая продолжалась до 20 июня. Людей был не полный штат, и потому решили пополнить полк местными резервистами.

         Занятия проходили в Карпатских горах, которые были от нас в 2-х км. Ходили и на границу, поправляли столбы пограничные. Режим был такой: утром после подъема, в пять часов, строем бежали к речке, сделав зарядку, умывались в реке, после чего возвращались в расположение части.
         21 июня, в субботу, после строевой подготовки, командир полка объявил, что после ужина будут два фильма. В это время к нам прибыл артиллерийский дивизион и расположился рядом с нами и около кухни. Часов до 12 ночи мы смотрели фильмы, зная, что в воскресенье занятий не будет и подъем на час позже.
         22 июня в 5 утра на нас напала немецкая авиация. Бомбили то место, где мы должны были заниматься зарядкой. Разбомбили кухню и прибывших артиллеристов. Я сразу не понял, что это, пока отошел ото сна. Разглядываю небо, думал гром, но небо чистое, а когда услышал рев моторов самолетов, стрельбу по палаткам, крики раненых, сразу понял - ЭТО ВОЙНА! В это время уже никто не спал, а приписной состав из местных, прикрепленный к нам, разбежался, кто в чем был, по домам. Мы остались с кадром и бойцами срочной службы. Еще 20-го июня мы получили боеприпасы: патроны и гранаты, пополнили нас и новым оружием: автоматы, винтовки, СВТ и пулеметы станковые на треножках. После бомбежки мы кинулись за оружием и боеприпасами, стали в строй по своему порядку, ожидая командование полка. Через час командование прибыло, и сразу же была дана команда: "Полк! На охрану государственной границы, шагом марш!"
         Прошли 10 км., сделали отдых, и только здесь командир полка полковник Скворцов сказал нам, что немцы объявили нам войну, и мы находимся на военном положении. А в это время множество самолетов летело бомбить наш лагерь.
         После отдыха мы пришли на границу и заняли указанные для обороны места. Граница была с Венгрией. На границе было тихо. Тихо было еще два дня.
         На третий день, рано утром, еще только занималась заря, взвились красные ракеты, и сразу послышалась стрельба пограничников. Стрельба была недолгой. Пограничники отошли и заняли место в общей линии обороны. Часов в 10 началась артстрельба по нашим позициям. И так до конца дня.
         На следующий день опять началась стрельба по нашим позициям, затем пошла в наступление немецкая пехота: офицеры на белых конях ехали сзади пехоты и командовали. Нам хорошо было видно, как они наступают. Мы подпустили их метров на 200 и открыли ураганный огонь. Из немцев почти никого не осталось, единицы кинулись бежать, но и их настигли пули. На этом день закончился.
{4}
         Следующий день опять начался с артподготовки. На помощь нам прибыл артиллерийский расчет с пушкой, но когда они увидели двигавшийся на них броневик - схватили пушку и бегом покатили назад. Я только посмотрел им вслед, и некогда было им слово сказать, потому как, броневик с пехотой приближался к нам. Мы открыли сильный огонь - немцы рассеялись, броневики повернули назад. За этот день было три таких атаки.
         После боя ко мне подошел корреспондент, так как я руководил пулеметным взводом, и стал спрашивать, как удалось отбить эти атаки. Я ему рассказал, и он стал заполнять бумагу. Я спрашиваю: "Что ты пишешь?" Он говорит: "Заполняю на тебя бумагу, ты подлежишь награде". Но этой награды я до сих пор не получил.

         Пошли слухи, что немцы нас окружают, и штаб нашей 12-й армии, немцы взяли в плен. Но мы продолжали держать оборону на своем месте и еще три дня отбивали атаки.
         29 июня нам дают команду: "Подготовиться к отходу!" Мы были в недоумении: почему? Мы оставили границу и начали отступать на Тернополь, Шепетовку и дальше на Винницу. В Шепетовке бендеры
[так в документе,- ред.] обстреляли наше подразделение. Это было обидно.
         Отступали все время в окружении, немцы преграждали нам путь, мы вынуждены были идти обходными дорогами. Иногда, чтобы пройти, приходилось принимать бой.
         Подошли к одной деревне, вечером стали из нее выходить и выяснили, что дорогу перерезали немцы. Так и заночевали - с одной стороны рощи-немцы, а с другой - мы. А между нами метров 700.
         Утром решили дать бой, заняли позиции без окопов. Возле рощи занял позицию 1-й взвод мл. лейтенанта Морозова. Здесь он и погиб. 2-й взвод и пулеметный взвод заняли позиции не клеверном поле, что бы подавить огневые точки. А 3-го взвода не было, взвод еще на границе был послан в разведку, и обратно не вернулся.
         Когда начался бой, меня заметил снайпер, три пули попали мне в каску. Я поменял место. Бой длился часа полтора. Командир роты мл. лейтенант Сопелкин дал указание: "Снять огневые точки и уходить вправо, в низину". Только я поднялся, чтобы перейти к другому пулемету, как рядом разорвалось четыре мины. Упал на землю, меня присыпало землей, в ушах стоял страшный звон, сознание отключилось. Полежал я немного, очнулся, стал ощупывать себя руками, не ранен ли? Оказалось все нормально. Я подошел к пулемету, и мы ушли в низину. Оттуда перешли ручей, и вышли на дорогу, которая шла в гору. Таким образом, мы оторвались от немцев.
         Дошли до какой-то деревни, нас встретила местная женщина с девочкой. Всплеснула руками, глядя на нас, и сказала: "Родненькие мои, сейчас я вас покормлю". Она вынесла хлеб и кислое молоко. Это все, что мы ели за три дня. Мы ей сказали, что здесь будет бой и ей лучше уйти. Она как раз собиралась уходить перед нашим приходом.
         Пока взвод оборудовал огневые точки, я решил проверить окрестности. Вдруг по мне начали стрелять. Я успел лечь в пропаханную борозду и так по ней дополз к своим.
         Установили два оставшихся пулемета, а патронов осталось всего две коробки.
         Переночевали тихо, а утром начался бой.
         Первую атаку мы отбили, потом по нашим позициям начала бить артиллерия, минометы. Ответного огня мы не могли дать, артиллерии у нас не было.
         Часа через три поступила команда отступать. Расчет схватил пулемет и выскочил из воронки, где он стоял. Мы отошли шагов десять, как в эту воронку попала мина. Повернулся я и говорю расчету: "Повезло вам. В живых остались". "Да это благодаря моменту, что вы пришли",- ответили они.
         Мы отходили по небольшой возвышенности километра полтора, а нам вслед били минометы, пока мы не скрылись. Немного погодя ко мне подходит солдат и говорит: "Товарищ командир, динатур пить будете?" Я спрашиваю: "Где взяли?" "На станции"- отвечает. И только тогда я понял, что мы обороняли станцию. Я говорю: "Немножечко выпил бы, да закусить нечем". Вижу, на крыльце молодица стоит, я и попросил у нее немного хлеба закусить. А она мне в ответ: "Вы уходите, а мы, что есть будем?" Мне стало стыдно, и я ушел. И мы продолжили свой путь к Виннице.
         Подошли к реке Буг, здесь была готовая переправа. Возле нее стоял генерал, который руководит переправой. Всех бродячих солдат-одиночек ставил в строй, а которые ехали на лошадях, ссаживал. Смотрел я в лица этих солдат, хотел признать в них тех младших командиров, которые сбежали из моего взвода при отступлении на границе. Фамилий уже не помню, но в личность помню и сейчас: один татарин крымский - небольшого роста, круглолицый; другой киргиз - среднего роста, с крапинками по лицу.
         Генерал и нам предложил переправиться. Мы пошли по переправе и увидели, что справа горит Винница.
         Переправились через Буг, и пошли дальше, вдруг увидели немецкие самолеты. Мы быстро залегли. Самолеты что-то сбросили. Это оказались немецкие патроны. Мы продолжали движение на Липовцы, что в 50-ти километрах от Винницы.
{5}
         Пришли к вечеру, заняли оборону. По правде сказать, в этой обороне делать было нечего - остался 2-й взвод лейтенанта Кутнякова и по три патрона на брата, гранат нет. У меня - 8 человек и один пулемет, да пол-ленты патронов, берегли на всякий случай. И все равно, заняли указанные места обороны на подступах к Липовцам.
         Был вечер, но солнце еще светило. Взвод Кутнякова занял позиции у основания дороги, а я - на проселочной, это немного меньше километра от него. Позади, метрах в 100 был сад, за садом неглубокий запруженный пруд. Так наша началась оборона. Немцы заметили нас, и откуда-то из-за бугристой местности, начали бить по нам из минометов. Отвечать нам было нечем.
{6}
         После минометной стрельбы из-за бугра выскочили два танка. Они шли прямо на взвод Кутнякова, свернули на их окопчик и начали "утюжить" взвод. Мы не видели, что бы кто-то поднялся и побежал. Танки после этого повернулись и ушли. Над взводом стояла тишина…
         Уже темнело. Мы отошли в сад, и там нас застала ночь.
         Утром началась артстрельба со всех сторон. Стреляли из автоматов. Мы решили уйти по воде на другую сторону пруда. Стали выходить из воды, а там уже немцы с автоматами. Взяли нас в плен.
         Освободили меня 10 мая 1945 г."

         Тяжело дались ему эти воспоминания, как будто он заново переживал то страшное и тяжелое время - в голове гудело от разрывающихся снарядов и летящих самолетов.
         На вопрос, что же было дальше, он ответил: "Все остальное я рассказал там, где надо".
         До войны у него были жена и двое детей. В войну они погибли. Это все что известно нам о его жизни.

         После окончания войны он, как бывший военнопленный, был поселен в г.Новошахтинск Ростовской области. Работал в шахте. Женился, построил дом, растил троих детей. В работе был передовиком и неоднократно награждался почетными грамотами. В той же шахте он получил травму ноги, но на пенсию ушел только по старости. Ирония судьбы - был в боях, был в плену, бежал из плена, пережил плен в Германии и фильтрационный лагерь, а инвалидом стал в мирное время.

         Умер Минкин Дмитрий Иванович, так и не получив своей награды.



         Примечания:

         {1} - Справка Государственного архива Калужской области от 12.08.1995 г.
         {2} - В 319-м горнострелковом полку, согласно штату, не было батальонов. Горнострелковый полк состоял из 9 рот. Но пулеметные взводы были только в горнострелковых ротах (5 рот) и пулеметной (1 рота). Здесь, видимо, Минкин Д.И. называет свою прежнюю должность по 500 зсп.
         {3} - Местом дислокации 319-го горнострелкового полка являлось большое село Выгода, которое располагалось в 2-3 км южнее городка Долина.
         {4} - На участке обороны 44-й дивизии наступали венгерские войска. Немецких войск здесь не было
         {5} - Правильно Липовец - небольшой украинский городок в 45 км. восточнее Винницы. Расположен по обоим берегам реки Соб. Здесь 22 июля 1941 г. произошел бой между 44-й горнострелковой дивизией и Словацкой моторизованной бригадой (Быстрой бригадой или по словацки - R?chla skupina), имевшей на вооружении танки. В этом бою Словацкая бригада была разгромлена и в дальнейших боевых действиях, как бригада, участия не принимала.
         {6} - Здесь описывается бой, состоявшийся 22 июля 1941 г. В тот день на советскую оборону у г.Липовец наступала только Словацкая моторизованная бригада. После разгрома словацкой бригады, в бой была введена немецкая 295-я пехотная дивизия, которая совместно с сохранившимися словацкими танками начала наступление утром 23 июля. К вечеру 23 июля в результате боя 319-й полк понес большие потери, а 44-я дивизия вынуждена была в ночь на 24 июля оставить Липовец.



Ваши коментарии, сделанные к статье, будут видны после одобрения модератором.

Ваше имя       

Ваш e-mail       

Ваше сообщение       


Коментарии

Туляк

21.05.2014,
17:11


Добрый день!
Спасибо за интересный рассказ. Небольшие уточнения.
По штатно-должностной книги дивизии от мая 1941г. мл.лейтенант Минкин Дмитрий Иванович командир 2-го пулеметного взвода пульроты 319гсп. Военного образования не имел, но до призыва в РККА закончил школу фабрично-заводского ученичества.
Кстати, судя по Подвигу Народа: Минкин Дмитрий Иванович от 01.08.1986 был награжден Орденом Отечественной войны II степени
С уважением Туляк










Вы можете разместить в этом разделе свою работу, если она по тематике соответсвует или близка к тематике данного сайта и раскрывает историю 1-й Советской Украинской, 44-й стрелковой дивизии, либо судьбы людей к ним причастных.


Ленченков Валерий. О щорсовских дивизиях, преемниках и последователях

Пшанцева Мария. Письмо из Рязани. Очерк.

Ленченков Валерий. История одного письма. Документальная история.

Суворов Р.Н. Помним Вас, товарищ генерал! Очерк.

Горр А.Д. "...оленеводы и рыбаки иначе как "Счастливый путь" его не называли"

Сизова (Корытова) Г.Г. Да разве об этом забудешь!

Кутьков Н.П. Статья о Фёдоре Галактионовиче Миронове

Ленченков В.В. Шел под красным знаменем командир полка.

Сыроватский Н.И. Герои Украинского подполья

Васильев В. Фоторепортаж

Музыкальная страничка

Васильев В., Ленченков В. Война лейтенанта Малого

Киселев О. Немного статистики по поражению 44-й стрелковой дивизии

Ленченков В., Васильев В. 9-я рота

Киселев О. К вопросу о зимнем обмундировании 44-й дивизии

Ленченков В. Но разведка доложила точно...

Лебедева Н. Не полученная награда

Ракшин О. Памятник Щорсу

Ракшин О. Николай Щорс. Возвращение в Самару

Гимпельсон Е., Пономарёв Е.
А были ли убийцы? Тайна гибели легендарного начдива Н.А. Щорса: взгляд сквозь годы.


Дроздов А., Петриковский С. Николай Щорс. Эксгумация 1949 года.

Петриковский С. Ответ на статью "А были ли убийцы?"

Ленченков В. "Николай Щорс. Так были ли убийцы?"

Киселев О. Динамика потерь личного состава Красной Армии в ходе сражения за Суомуссалми

Горохова Л. Когда же ты придешь с войны?

Ракшин О. Человек Великой Смуты. Николай Щорс










Главная  |  История  |  Хронология  |  Командование  |  Документы  |  Воспоминания  |  Приложения  |  Карта сайта  |  Гостевая книга

    © 2009 г. Ленченков Валерий Владимирович